Последние из махаутов - погонщиков слонов

Небольшое стадо слонов пасется рядом с автомобильным мостом через реку Джамну на окраине Нью-Дели. Вокруг — типичный для индийских городов район лачуг, так что никаких сомнений: слоны не бесхозные. И действительно: у съезда с моста обнаруживается плакат с номером телефона и лаконичной надписью «Хатхи», что на хинди означает «слон». Набираю номер и слышу в ответ:

— Хатхи слушает!

Зульфикар, как зовут хозяина животных, часто отвечает по телефону от имени слона. Как он объяснил уже при личной встрече — так проще, да и клиентам нравится.
Потомственные махауты

Мастерство махаутов, погонщиков слонов, издревле передавалось только от отца к сыну, посторонним секреты мастерства не раскрывались. Когда богач покупал слона, он непременно нанимал махаута: самому справиться с гигантским животным невозможно.

— Моя каста всегда жила со слонами — мой дед, и прадед, и прапрадед были махаутами, — с гордостью заявляет Зульфикар.

Семейный клан Зульфикара родом из города Газиабад в штате Уттар-Прадеш. Согласно семейному преданию, его предки служили погонщиками слонов еще в войсках Великих Моголов. Но только отцу и дяде Зульфикара удалось накопить денег и приобрести нескольких собственных животных.

— Мой отец и дядя были известными хатхивале, верно вам говорю! Даже правительство приглашало их в столицу на церемонию 26 января, — в этот день в Индии отмечается День Республики, и в столице проходит парад и демонстрация. — И вот они решили не ходить туда-сюда из Газиабада, а поселиться в Дели — здесь работы больше. И мы остались на берегу Джамны. Тут можно найти провизию и воду для слонов. А в дожди мы прячем слонов под мостом.

Сейчас в стаде девять животных. Но Зульфикару принадлежат только два. При разделе наследства ему достались самки Чампа и Мунну. Хатхивале вообще предпочитают держать именно самок. Самцы порой бывают агрессивными, могут сбросить сидящих на них людей.

Джамна — одна из самых грязных рек Индии. Но ни слонов, ни погонщиков вонь не смущает. Чампа с удовольствием ложится в реку и, фыркая, принимается лупить хоботом по воде.

Потомственному махауту Шану — 22 года, и 10 из них он провел со слонами. Всего у Зульфикара четыре махаута. Работают вахтовым методом: два погонщика постоянно находятся рядом со слонами, пока их сменщики навещают родственников. Каждый махаут отвечает за свое животное. О себе Шану говорит неохотно, а вот о своей Чампе — с удовольствием:

— Поесть она любит. Особенно сахарный тростник. Много может съесть, целую гору!

Сахарным тростником слонов кормят зимой. Летом — свежей травой, а в сезон дождей слоны едят сорго. А еще им готовят рис и особую смесь из проса с добавлением кунжутного масла и тростникового сахара.

Устроившись на голове у Чампы, Шану ловко управляется с гигантским животным, пока мы медленно пробираемся между лачуг.

— Слон сложное животное, как человек. Но нам нетрудно. Это у нас в крови. Анкус? Не пользуемся! Только палкой.

Заостренный металлический жезл с крюком (он, кстати, считался в Индии символом власти и атрибутом некоторых божеств) Шану берет только для торжественных выездов. Он любит свадьбы и религиозные процессии. А вот поездки по городу с туристами ему удовольствия не доставляют. Туроператоры иногда добиваются разрешения ездить по Дели (многие отели предлагают постояльцам это экзотическое развлечение), но автомобильное движение в городе плотное, и махаут боится, что слона поранят.

1. Животным перед выходом на публику нелишне проверить состояние рта - зубную боль слоны переносят не лучше людей

2. Шкуру слона готовят к покраске: необходимо зачистить отшелушиваюшуюся кожу

 

Дорогое удовольствие

Тем временем Мунну готовят к выходу на работу — погонщики принесли несколько табуреток и краски. Ведь главное в подготовке хатхи это макияж: животное к празднику всегда покрывают причудливой пестрой росписью. Раскраска слона занимает два-три часа. Узоры, как правило, традиционные, опробованные веками, хотя иногда встречаются и современные мотивы. Мне как-то попался слон с портретом местной кинозвезды на боку. Но Зульфикар нововведений не одобряет. Его слонов красят, как было принято в старину:

— Разукрашиваем, будто рани, жену раджи. Мунну идет на свадьбу. Будет у них свадьба с рани , — говорит он.

В состоятельных индийских семьях без слонов не обходится ни одно большое торжество. Свадьбы, а также религиозные процессии, приносят слоновладельцам самую большую прибыль. Еще много средств дают туристы. А вот официальные мероприятия в личном рейтинге Зульфикара на последнем месте — говорит, власти скупые.

Нанять слона стоит 3500 рупий на полдня (чуть меньше 70 долларов). Но заказы случаются не каждый день. К тому же доход слоновладельца сильно зависит от сезона. Больше всего работы с ноября по апрель, потом наступают жара и сезон дождей, когда и свадеб, и туристов мало.

— Я сначала кормлю слонов, а потом свою семью, — говорит Зульфикар.

Содержание одного животного, по его оценкам, обходится примерно в 30 000 рупий, что по индийским меркам большая сумма, сопоставимая с зарплатой среднего чиновника. Кроме того, он платит около 8000 рупий в месяц каждому из своих четверых погонщиков (порядка160 долларов на брата; неудивительно, что для них чаевые, на свадьбах достигающие и 500 рупий, — существенная часть дохода). В итоге в сезон Зульфикар, если, конечно, ему верить, зарабатывает более 1000 долларов. По местным меркам он вполне обеспеченный человек. По крайней мере у него есть собственный довольно приличный дом, в отличие от его махаутов, ночующих в лачуге у Джамны, рядом со слонами.

Выходящего на работу слона обязательно раскрашивают. Узоры, как правило, традиционные, но некоторые хозяева подходят к делу творчески и допускают некоторые вольности

  

Увидеть подобную картину на городских улицах становится все сложнее - число частных животных постепенно сокращается, а появление слона в центре мегаполиса требует согласования с властями

 

Исчезающая экзотика

Раджи и малики, падишахи и низамы — индийские правители всех мастей с древних времен ездили именно на слонах. Даже британские вице-короли обязательно держали для церемониальных выездов не только конные экипажи, но и слонов. Нынешние политики пересели в лимузины, и все же местная элита до самого недавнего времени регулярно нанимала слонов для участия в официальных праздниках. Но пару лет назад центральные власти запретили участие слонов в параде на День Республики, из-за чего, по мнению многих индийцев, церемония потеряла часть своей привлекательности.

— Вообще, времена наступили тяжелые! — сетует Зульфикар. — Правительство больше не выдает нам новых лицензий на слонов! Говорят, что мешаем транспорту в городе. Всякие защитники окружающей среды тоже против нас. Обязательное лицензирование хоботных ввели в 1950-е годы. Но лицензию получить было непросто — как правило, ее давали лишь тем, чьи семьи традиционно занимались этими животными. А с 2003 года власти полностью запретили куплю-продажу слонов. Даже просто перевезти слона из одного индийского штата в другой требует преодоления сложных бюрократических процедур. Диких слонов в Индии становится все меньше. И политика Министерства защиты лесов и дикой природы вполне понятна:

— Слонихи рожают редко и в основном в дикой природе. Власти, видимо, боятся, что будем ловить зверей в джунглях, — Зульфикар сам же все и объясняет. — В штате Бихар был один клан, который занимался разведением слонов. Мы у них раньше покупали. Там, в городе Сонепур, находится крупнейший в Индии рынок животных. Все продают, а слонов нельзя!

 

— А сколько стоил слон, когда его еще можно было купить? — спрашиваю я потомственного хатхивале.

Тот долго молчит, но потом все же отвечает.

— Как договоришься, сахиб. Но не советовал бы… — лукаво улыбается он. — Стоил он как дорогой автомобиль. Самый дорогой!

Давно уже нет в Индии боевых слонов, которыми раджи топтали вражеские армии. Ушла в прошлое разгрузка кораблей в портах с помощью этих гигантов. Теперь вот исчезают и частники-слоновладельцы. В Нью-Дели, по словам Зульфикара, осталось всего 22 официально зарегистрированных слона. Причем все они принадлежат клану, из которого происходит его семья.

— Если с моими зверями что-нибудь случится, не знаю, что и делать, — вздыхает Зульфикар. А вот Шану, в отличие от хозяина, не слишком обеспокоен будущем.

— Слоны, как люди, живут кто-то до шестидесяти лет, а кто-то и до ста. По-разному. Чампе около сорока. Мы еще долго проживем!

Молодой махаут уверен, что за это время правительство изменит решение и слонов снова разрешат покупать и продавать. Он тоже мечтает о собственном слоне. И не понимает, почему многие защитники животных выступают против слоновладельцев:

— Это Индия! Здесь слон — как у вас в России лошадь!

 

 Фото: STEVE BLOOM/STEVE BLOOM.COM/EAST NEWS (x8)

Евгений Пахомов

 Журнал «Вокруг Света». №3 (2858) | Март 2012

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить