Индийский путь Великих Моголов (часть 2)

Гробница Хумаюна - монумент любви, старший собрат Тадж-Махала, а позднее свидетель финала истории Великих Моголов

 

На иллюстрации из оригинала статьи в «Индия Перспективы»: имеющая сходство с Тадж-Махалом гробница Хумаюна в Дели.

Достопримечательность Индии, связанная с Красным фортом и своим происхождением – тоже построена при династии Великих Моголов, и местоположением - также располагается в Дели. А с Тадж-Махалом памятник, о котором ниже пойдет речь, связан, кроме своего могольского происхождения, похожей любовной историей своего возникновения: он также возник в результате великой любви. Мы говорим о гробнице Хумаюна, известной намного меньше Тадж-Махала, хотя и построенной раньше.

Хумаюн (буквально «благостный», принявший это имя еще будучи наследником, заменив им свое предыдущее имя Султан. Прим. Portalostranah.ru) – сын основателя династии Великих Моголов Бабура и отец могольского императора Акбара, а также прадед Шаха-Джахана – создателя Тадж-Махала. Как и многие из могольских императоров, Хумаюн вел войны с и соседями, а также со своим братьями – в частности с братом, правящим в афганском Кандагаре. Хумаюн даже был вынужден в результате одного из военных поражений от афганско-пуштунского владетеля и по совместительству могольского правителя индийских княжеств Бихара и Бенгалии по прозвищу Шер-хан (букв. «хан – лев» Прим. Portalostranah.ru) в 1540 году покинуть Индию и бежать ко двору персидского шаха, на несколько десятилетий фактически «потеряв» трон могольских императоров, завещанный Бабуром, фактически прекратив власть могольских императоров над Индией в пользу Шер-хана. Но после кончины последнего в 1555 году Хумаюн смог восстановить свою власть в Дели. После таких жизненных перипетий смерть Хумаюна кажется нелепой. Он умер в результате черепно-мозговой травмы, оступившись с книгами в руках на ступеньках крутой лестницы своей обсерватории, заслышав призыв к молитве и заторопившись к ней. Насколько можно судить, Хумаюн любил смотреть на звезды… А его гробница стала символом... Вот что говорилось в статье «Гробница Хумаюна – символ любви» Насира Разы Кхана в апрельском (1999 года) номере уже упоминавшегося издания «Индия перспективы». (Текст приводится по русской версии журнала. Написание имен собственных первоисточника сохраняется):

«Истинная любовь была вдохновением, подвигнувшим на создание замечательных монументов в могольский период: гробницы Хумаюна и Тадж Махала. В то время как Тадж символизирует собой любовь мужа к своей жене, гробница Хумаюна стала памятником, воздвигнутым любящей женой своему мужу. После гибели Хумаюна в трагических обстоятельствах его жена Хаджи Бегум (Бега Бегум) решила построить для своего горячо любимого мужа гробницу на месте, где Хумаюн был похоронен возле берега реки Ямуны в Дели. Сын Хумаюна и преемник Акбар предоставил ей необходимые средства для претворения в жизнь своей мечты о создании вечного монумента в память о покойном супруге.

Гробница Хумаюна считается первым важным могольским монументом, в котором слились воедино традиции персидского, отечественного (т.е. индуистского Прим. Portalostranah.ru) искусства и искусства Центральной Азии. Судя по всему, она была построена в 1571 году. Её архитектором был перс Мирак Мирза Гхаяс. Жизнь Хумаюна в изгнании в Иране после бегства из Индии сгала для него своего рода благословением, поскольку это позволило ему дать волю своему увлечению искусством и культурой.

На него большое влияние оказало иранское искусство, и когда он вернулся в Индию, он привез с собой нескольких иранских ремесленников. Мирза Гхаяс создал проект гробницы, но умер до того, как гробница была построена. Её сооружение было завершено его сыном.

Мавзолей Хумаюна имеет много характеристик, ставших образцами для подражания в строительстве последующих могольских монументов. Самой выделяющейся из них является его уникальный план. Мавзолей стоит у берега реки Ямуны в центре обнесенного стенами большого сада, в который ведут ворота с западной и южной его сторон. Сад разбит на основе иранской концепции чахарбагха (четырехстороннего сада), и Бабур позднее усовершенствовал её, создав образцовый план идеального сада, геометрически спланированного и формального. Он стал стандартным для всей последующей архитектуры имперских могольских гробниц, однако гробнице Хумаюна присуща большая гармония между садом и монументом. Вся её панорама в целом напоминает нам о стихе из корана, описывающем реки, текущие в райском саду.

Входные ворота на западной стороне имеют необычную новаторскую структуру, как будто кто-то стоит в центре с протянутыми руками, приветствуя посетителя.

Монумент построен в основном из красного камня, что еще больше подчеркивает его красоту, а также и тот факт, что моголы имели достаточно средств. Арки и карнизы богато украшены белым мрамором и черным сланцем, что создает впечатляющий визуальный эффект. Поражает и богатство, и колорит текстуры камня.

Впервые в архитектуре тех времен была применена техника двойных куполов по образцу иранских сооружений и монументов Центральной Азии. Ею предусматривается пространство между внутренней и внешней оболочкой купола. Центральные арки гробницы с арками по бокам придают сооружению вид двухэтажной структуры.

Перфорированные ширмы (джали) являются еще одной уникальной характеристикой этого монумента. Они навеяны иранским стилем и стали стандартными для имперской архитектуры моголов.

Интерьер гробницы представляет собой центральный октагональный (т.е. восьмиугольный Прим. Portalostranah.ru) зал, поднимающийся на высоту двух этажей. Он окружен небольшими октагональными камерами. Могила императора Хумаюна размещена в позиции с севера на юг. Следует отметить, что три стороны центрального зала окружены джали. Открыта для входа только южная сторона. Так что посетители должны входить со стороны, где находятся ноги погребенного.

В этой гробнице были позднее погребены и другие могольские правители, принцы и принцессы. Согласно маулви (богословский титул Прим. Portalostranah.ru) Башируддину Ахмаду, здесь похоронен принц Дара Шико. Его могила, по словам Ахмада, лежит на западной стороне платформы возле нее находятся еще 11 могил. Она вторая по счету могила от лестницы, и на надгробии начертаны стихи из Корана суры "Ал-Имран". (Принц Дара Шико (с персидского его имя переводится как Дарий Великолепный) - старший сын Шах-Джахана и Мумтаз Махал. Дара вступил в сражение со своим младшим братом Аурангзебом за трон, но проиграл. Он был убит позднее подосланными наемными убийцами. Исследователи спорят, по какому пути пошла бы империя Великих Моголов, если бы победил утонченный интеллектуал Дара Шико а не его суровый брат и ортодоксальный мусульманин Аурангзеб. Прим.Portalostranah.ru)

В 1857 гробница Хумаюна стала свидетельницей заката могольской династии Последний могольский император Бахадур Шах Зафар пришел к гробнице своих предков, чтобы искать в ней укрытия (после поражения антианглийского восстания. Прим. Portalostranah.ru). Здесь были повешены трое его сыновей».

 

 Он хотел покоиться в могиле «под открытым небом, без какой-либо надстройки над ней и без привратника». Кабульская гробница первого могольского императора

 На следующих иллюстрациях: Гробница Бабура в Кабуле. Изменчивый внешний вид.

На первых двух фотографиях показано как выглядела гробница Бабура до своей недавней реставрации. (Первой приведена иллюстрация из цитируемой публикации в журнале «Индия Перспективы»). Далее на многоцветной фотографии из архива видны многочисленные следы от пуль и снарядов, оставленные на гробнице в ходе гражданской войны в Афганистане в 1992-м.

В этом разделе хочется рассказать еще об одной достопримечательности, связанной могольским императорами и тоже о гробнице - гробнице основателя династии - Бабура. Но находится она не в Индии, а в Афганистане, который до разделения Индии на Пакистан и собственно Индию граничил с индийской территорией.

 

 

Бабур при жизни выражал свое желание быть похороненным именно в Кабуле, где он начинал свой путь могущественного правителя. Необходимо отметить, что и в момент кончины Бабура, как и сейчас в Афганистане царила нестабильность. И как несколько сотен лет назад, когда супруге Бабура было нелегко из неурядиц осуществить волю мужа о захоронении его останков в Афганистане, так и сегодня нелегко сохранять гробницу Бабура в неразрушенном состоянии. В 1992 году гробница Бабура и расположенный вокруг нее парк Bagh-e Babur оказались на линии боев за Кабул между противоборствующими афганским группировками.

Сейчас, как кажется, разрушения устранены, и гробница подверглась фактически воссозданию с помощью исмаилитского фонда культуры Ага Хана IV. (Исмаилиты - шиитская секта, проповедующая абсолютную свободу воли человека во взаимоотношениях с богом. Секта возглавляется наследственным правителем из династии Ага-ханов, живущих ныне в Швейцарии. Среди последователей секты многие проживают в пограничной с Афганистаном горной области Пакистана. Интересно, что одним из ответвлений исмаилизма в Средневековье была секта «хашашинов» (от арабского «употребляющие гашиш», или от арабского слова «хаса» - «война») - ревнители веры, боровшиеся с отступниками и неверными с помощью убийств. От названия этой секты в европейских языках существует слово «ассасин» - убийца. Прим. Portalostranah.ru).

Но вернемся к Бабуру. В ходе упомянутой реконструкции ансамбля Bagh-e Babur (мечеть, гробница Бабура и парк) вернули первоначальный облик, демонтировав, насколько известно, колониальную надстройку над самим местом захоронения Бабура и реконструировав мечеть и парк, который спускается с прилегающей к Кабулу горы своеобразными террасами, в первоначальном могольском стиле.

 

Так выглядит гробница Бабура теперь, после реставрации – она полностью перестроена. Восстановлен, насколько можно судить, первоначальный «могольский облик» гробницы, мечети и прилегающего парка Bagh-e Babur. Теперь снова исполняется воля Бабура о том, что его могила должна находится под открытым небом - чего не было в колониальном проекте, теперь демонтированном.

Рассказ о гробнице Бабура в одном из выпусков журнала «Индия Перспективы» (март 2000 года). Автор тот же, что написал вышеприведенную заметку о гробнице Хумаюна – Насир Раза Кхан – индийский ученый, специалист по Центральной Азии. Статья была написана еще до реконструкции Bagh-e Babur в могольском стиле поэтому Насир Раза Кхан упоминает английскую колониальную надстройку на могилой Бабура, которая имела крышу, хотя Бабур завещал построить ему усыпальницу под открытым небом. Сейчас после реконструкции, насколько можно судить, желание первого могольского императора снова исполняется – нынешняя надостройка над могилой Бабура не имеет крыши.

 

Прежде чем привести анонсированный материал, отметим еще только, поясняя причины многовекового запустения Bagh-e Babur, что хотя могольские императоры совершали паломничество к гробнице основателя своей династии, но ввиду того, что власть Великих моголов над Кабулом была потеряна гораздо раньше, чем над Индией, гробница довольно быстро пришла в запустение. А в 20 веке Афганистану было тем более не до Бабура из-за внутренних смут. Итак, заметка Разы Кхана «Мирно покоится первый могольский император» из русского издания многоязычного издания «Индия перспективы»:

«Мало кому известно, что Бабур, основатель Могольской империи в Индии, похоронен в уединенном, тихом месте за пределами Индии. По общему мнению, Бабур был борцом и строителем империи. Однако его выбор места для своего погребения проливает свет на совершенно новый аспект его личности.

Захируддин Мохаммад Бабур родился в Самарканде и рос в местах с приятным хорошим климатом, он страстно любил природу. Несмотря на свои продолжительные военные кампании, он в сущности своей был мирным человеком, поэтом и писателем с графическим воображением и, конечно же, в первую очередь он был гуманистом. Он впитал большую часть культурных традиций еще в детстве в Центральной Азии, родине изящных искусств. Они оказали на него такое огромное влияние, что даже более 36 лет тяжелой борьбы с реальностями жизни не смогли его стереть.

Его автобиография "Бабур Наме" стала частью мировой классики, сокровищницей информации о флоре и фауне, помимо сведений военного характера. Она дает представление о многогранности характера этого человека, имевшего дух приключенчества, и полного любви к людям.

Бабур унаследовал любовь к разбивке садов в соответствии с превосходными архитектурными планами, преобладавшими в те времена в Центральной Азии. В конце концов, он был потомком Тимура, чьи сады в Самарканде существуют и по сей день, вызывая восхищение знатоков. Разбивка садов была очень популярным занятием, ремеслом, начало которому положили персы, после оно перекочевало в Центральную Азию. Оно уходит своими корнями в сассанийский период. (Сассанийский период - в русском принято название сасанидский - период правления в Иране династии Сасанидов, которые исповедовали огнепоклонство – зороастризм. Сасаниды были последней персидской династией перед исламским завоеванием этой страны. Прим Portalostranah.ru).

Куда бы Бабур ни ехал, мысли о "прекрасных садах и чистом свежем воздухе Самарканда" никогда его не покидали, и он все время старался воссоздать то, что ему поневоле пришлось оставить позади. Настолько сильной была его любовь к садам, что он пожелал, чтобы его похоронили в саду. В своей автобиографии он сделал завещание о том, чтобы его похоронили в саду его выбора в Кабуле, в "могиле, под открытым небом, без какой-либо надстройки над ней и без привратника" ("Бабур Нама").

 

Вид на Кабул из реконструированного парка Bagh-e Babur (Сама гробница Бабура на этом снимке осталась за кадром, но справа видна мемориальная мечеть Бабура также после реконструкции).
По причинам политического свойства Бабуру пришлось покинуть Самарканд и искать свое собственное королевство. Находясь под постоянной угрозой стороны налетчиков из Центральной Азии, он обратил взор на Хиндустан (Индию), где он бы мог основать более стабильное королевство. И он достиг успеха в основании того, стало теперь известно как могущественная Могольская империя в Хиндустане.

Бабур умер 25 декабря 1530 года в Агре. По причине преобладавших в то время очень неопределенных политических условий его не смогли похоронить в Кабуле. Поэтому он вначале был похоронен в Агре. Его дочь Гульбадан Бегум в "Хумаюн Наме" (Мемуарах Хумаюна, сына Бабура) говорит о временной могиле в Агре, где Бабур был похоронен. Хумаюн назначил 60 человек, чтобы читать у могилы Коран. Этим членам Сулемы" (знающим людям) была назначена выплата пособия. Придворный историк Абул Фазал также упоминает об этом месте, называя его Чахар багхом, расположенным на берегу реки Ямуны в Агре. (Интересно, что символические гробницы Бабура - места поклонения есть в разных местах - в гробнице Хумаюна в Дели и в городе, где родился Бабур в 1483 году – в узбекском Андижане. Прим. Portalostranah.ru)

И только спустя почти 10 лет после его смерти могло быть исполнено последнее желание Бабура. Точная дата перезахоронения его в Кабуле не известна и окутана противоречиями, однако известно, что оно состоялось до 1539 года. В "Хумаюн Наме"Хумаюн упоминает об одном инциденте, происшедшем на могиле его отца в Кабуле в 1544 году. В мемуарах правнука Бабура Джахангира более четко заявлено, что в соответствии с его последним желанием вдова Бабура Бега Бегум отвезла его тело в Кабул. Бега Бегум была афганского происхождения, и до замужества её звали Мубарика Бегум. Джахангир так описывает свое посещение могилы прадеда в Кабуле: "Мне принесло большое удовлетворение паломничество к гробнице Фирдауса Макани (живущего в раю). Я распорядился, чтобы факирам (нищим) были даны деньги, еда, сладости в честь усопшего". Он также установил на западной стороне могилы высеченную из мрамора доску с надписью. Полагают, что император Акбар тоже побывал на могиле своего деда в 1582 году.

Гробница Бабура находится на небольшом холме Шах-и-Кабул посреди сада, который он сам выбрал. Она огорожена стенами из белого мрамора. И хотя все его предки регулярно посещали могилу и принимали меры, чтобы благоустроить окружающий её сад. никто из них не пытался построить какую-нибудь надстройку над ней из уважения к его последнему желанию. Шах Джехан построил рядом с могилой в саду прекрасную мечеть. На её фасаде начертана дата её строительства.

Нынешняя структура вокруг могилы имеет типично колониальный характер. Она была построена в 1879 году по приказу тогдашнего генерал - губернатора Индии лорда Литтона, когда он "обнаружил" гробницу Бабура во время второй Афганской войны».

 Влияние Великих Моголов и ислама на индийский стиль и искусство

 

 На иллюстрации из журнала «Индия Перспективы» к статье, которую мы приведем ниже, видна одна из построек самой первой в Дели мечети – мечети Кутуб, построенной в городе после исламского завоевания. При строительстве этой мечети использовались блоки нескольких специально разрушенных для этой цели индуистских и джайнистких храмов. Считается, что мечеть названа в честь первого султана Делийского султаната Кутбуддина Айбака. Мечеть Кутуб имеет и другое более пышное название Кувват-уль-Ислам (Мощь Ислама). В современных правительственных индийских публикациях неприятная для индуистов тема мусульманского завоевания Индии описывается осторожно, без раздувания страстей. Что неудивительно, учитывая большую составляющую мусульман в современной Индии (несмотря на раздел Индии на собственно Индию и исламское государство Пакистан, куда ушли многие индийские мусульмане). Так и комментируя эту фотографию, на которой изображены каменные блоки, когда-то бывшие частями древних индийских храмов, а затем ставшие частью мечети Кутуб, «Индия Перспективы» пишет очень сдержанно: «Мечеть Кутуб: созданные первые архитектурные отпечатки ислама (в Индии) с использованием заново блоков бывших храмов».

 

Если взять немного другой ракурс (на нижней на фотографии с одного из фотоблогов), то по соседству с мечетью Кутуб виден огромный минарет Кутуб-Минар высотой 72.6 метров.

 

Этот самый высокий в мире кирпичный минарет является одним из символов победившего на определенном этапе на части Индии ислама, а также служит одним из символов современной Индии, наряду с построенными при мусульманской династии Великих Моголов Тадж-Махалом в Агре, Красным фортом в Дели и множеством других монументов.

 

Здесь о том, как Великие Моголы повлияли на индийский стиль. Хотя, напомним, они были не первыми мусульманскими правителями Индии (до них были арабские полководцы, которым не удалось закрепиться в Индии, и позднее более успешная афганская династия, основавшая Делийский султанат, о котором говорилось выше), и даже не первыми тюрками на индийской земле. (Самым первым тюркским государством, чья территория включала нынешний Пакистан - историческую индийскую область и даже распространялось на Дели как свою окраину, было Газневидское государство с центром в афганском городе Газни - афганское государство с сильным персидским влиянием). Но именно Великие Моголы стали, пожалуй, самой великой исламской династией Индии. Но как сами индийцы смотрят теперь на наследие Великих Моголов и в более широком смысле на влияние ислама на традиционный индийский стиль. Обратимся к первоисточнику - на сегодня последний раз. Еще одна статья в журнале «Индия Перспективы». Ее оригинальное название «Влияние ислама на индийское искусство». Автор - Утпал Банерджи. Виду того, что статья содержит много интересных специфических индийских терминов, еще редакция в Дели в скобках расшифровала некоторые из них при подготовке публикации. Но не все. Некоторые термины Portalostranah.ru был вынужден расшифровать дополнительно, приведя их также в скобках. Для связности текста мы не стали указывать везде, как это обычно у нас принято, что это Прим. Portalostranah.ru. Но чтобы читатель смог отличить расшифровку терминов самого индийского первоисточника от наших, свое объяснение терминов мы приводим не только в скобках, но еще и курсивом. Это касается только коротких уточнений. Наши обычные примечания, как и всегда в наших публикациях, везде подписаны.

 

«Исторический процесс прихода ислама в Индию часто рассматривался как триумф, доминирование и преобладание исламской культуры над отечественной (доисламской индийской). Тем не менее, истиной является то, что за первоначальным периодом конфликта и конфронтации последовали сосуществование и взаимное одобрение, что в конечном счете привело к взаимодействию и ассимиляции и образованию уникальной составной культуры Индии.

 

Силами единения в исламе были и остаются общие ритуалы и вера в умму (мусульманскую общину) с системой иджмы (консенсуса) по теологическим вопросам, обеспечивающей рамки для исламского правления. Исламский мир, простирающийся от Атлантики до Китайского моря, имеет общее наследие, которое оказало глубокое влияние на искусства, когда оно пришло в Индию. Широкомасштабная миграция мусульманских архитекторов, ремесленников и артистов сыграла значительную роль в деле слияния этих двух традиций в ряде видов искусства.

 

В соответствии с исламской традицией общинного поклонения масджид (мечеть) является местом, где джума (собрание) падает ниц, особенно во время масджид ал-джумы (пятничных молитв). Особенным достижением является использование красок в исламской архитектуре. Например, использование бирюзовой или синей плитки на куполе гробницы святого или мечети, что резко контрастирует с хроматической сдержанностью окружающих тонов. В отличие от символических или репрезентативных тем в некоторых других культурах это декоративное стремление, порожденное желанием достичь чисто орнаментальной цели, стало отличительной чертой исламского искусства.

 

Еще одно исламское артистическое выражение манифестирует себя в чахр багхе, четырехугольном саду, представляющем собой воображаемый земной рай. Такие сады можно видеть в Испании, Центральной Азии и Индии, что зачастую показывает маршрут, по которому исламское искусство прибыло в эти места. Эти сады спланированы формально с геометрически прочерченными аллеями, водными каналами и деревьями, высаженными строгими рядами. Тему рая в декоративных видах искусства можно увидеть в изумительной красоты коврах Персии и Индии. И, наконец, движение суфизма, выросшее среди тех, кто хотел установить более тесные отношения с Богом и прибывшее на индийские берега даже еще до исламских захватчиков, вовлекало саму (музыку), поэзию и раке (танец) как средства усиления любви к Богу и впадения в состояние экстаза. Подобные традиции в большой степени содействовали развитию исполнительских искусств в рамках мистических принципов.

 

В области визуальных искусств в предисламской Индии наблюдалось обилие великолепных индуистских и джайнистских храмов, буддийских вихар (приютов, общин буддийских аскетов), королевских дворцов и фортов. (Джайнизм - индийская религия, близкая к буддизму и индуизму, проповедующая непричинение вреда кому-либо. Джайнизм разделяет в своих установках систему перерождений в следующей жизни в зависимости от поступков, но отрицает жесткую кастовую систему традиционного индуизма брахманисткого толка. В отличие от буддизма, у джайнов распространено идолопоклонничество статуям своих учителей и т.н. просвещенным. Прим. Portalostranah.ru)

 

Ислам принес с собой (в Индию) свои мечети для коллективного поклонения. Эта практика совершенно отлична от того, что происходит в санктум санкторуме (святая святых) храма, где совершаются индивидуальные молитвы за спасение. Ислам также принес с собой традицию макбары (строительства мавзолея в память об усопшем), структуры, до тех пор невиданной в Индии. В то время как мавзолей мог иметь октагональную (как уже говорилось выше, октагональный - восьмиугольный Прим. Portalostranah.ru), квадратную или прямоугольную форму, единственным религиозным диктатом было то, чтобы покойник лежал головой на запад, в сторону Мекки. И, наконец, исламские города предусматривали наличие секулярных сооружений, а именно: Мадрас (школ), дарваз (высоких ворот), сераев (постоялых дворов), Диван-и-Ама (места для общественных аудиенций), Диван-и-Кхаса (места для секретных дискуссий, переговоров), хамамов (бань), кхвабгх (спален) и дафтаров и т.д. («Дафтар» с персидского «свиток», «тетрадь». Видимо, здесь подразумевается библиотека. Прим. Portalostranah.ru)

 

В период быстрой урбанизации, происходившей в Индии в конце первого тысячелетия, многие мусульманские архитекторы и строители создавали свои первые исламские сооружения из блоков ранних храмов. Сразу же приходят на память мечеть Кутуб в Дели, масджиды в Пандуе (Бенгалия), Дхолке, Бхаруче, Камбее и Даулатабаде, Лат Ки Масджид в Дхаре и Лал Дарваза Масджидв Джаунпуре. С течением времени стали применяться геометрические узоры для создания замечательных джали (перегородок).

 

Монументальными дарами Индии, которыми она обязана исламскому влиянию, являются королевский дворцовый комплекс в Фатехпур Сикри с его величественными воротами Буланд Дарвазой, структуры внутри форта Агры и, конечно же, Тадж Махал.

 

Под эклектическим влиянием Акбара несколько из его аристократов построило индуистские храмы в Вриндаване в уникальном архитектурном стиле, ставшем известным как индо-исламский. (Как известно, Акбар даже разрабатывал совместно со своими придворными мудрецами теорию новой религии, составленной на основе всех существовавших религий Индии. Прим. Portalostranah.ru)

 

Лучшей иллюстрацией исламской каллиграфической традиции являются надписи из Корана на Тадже (Тадж-Махале) знаменитого художника Аманата Кхана. В каллиграфии на мечетях и иллюстрациях Корана можно увидеть имя Бога, Пророка и ключевые первые слова сур независимо от того, является ли шрифт куфик или наста' алик.

 

Кхуш-нависи (красивое письмо) было возведено в степень визуального искусства для удовлетворения религиозных и эстетических нужд. Оно пришло на смену фигуративным образам в соответствии с исламскими принципами с его элегантными завитушками и изгибами.

 

Продолжая традицию своих тимуридов-предков, которые украсили города Бухару, Самарканд в Центральной Азии, Акбар использовал индуистских и исламских скульпторов для того, чтобы украсить и благоустроить свой город Фатехпур Сикри. Примером тому являются скульптурные декорации Буланд Дарвазы, Диван-е-Кхаса, Панч Махала и дарги (гробницы) Салима Чисти. Настенные росписи во дворце Джодхабай и дворце Акбара были, вероятно, выполнены индуистскими художниками, однако именно Абдус Самад, знаменитый мастер чеканки Акбара выпустил золотые монеты с образами Рамы и Ситы, сидящих среди цветов и лебедей.

 

Акбар перенял портретный стиль периода правления династии Кушанов в I веке для иллюстрирования персидских переводов (традиционных индийских) эпосов ''Рамаяны" и "Махабхараты" (названных "Размнамой" или анналами войны). Другие иллюстрированные манускрипты содержали переводы "Атхарваведы ", "Веданты", "Йога Шаштры", "Харивамсы" "Катхасаритсагара", "Симхасана Батриси ". "Йогвашисты ". "Нал Дамаянти" и математического тритиза "Лилавати". Эти манускрипты были украшены орнаментацией, рисунками и каллиграфией. Большинство из них было выполнено на коллективной студии: главный художник делал наброски, его помощники смешивали краски, еще один художник рисовал лица, василгар переплетал книги, накшанави работали нал канвой и, наконец, кхушнави были ответственны за каллиграфию. В "Акбар Наме" Абула Фазла. повествующей о победах и поражениях императора, его мечтах и причудах, помпе и великолепии, заговорах и экскурсиях и многом другом, содержится 109 подобных иллюстраций, из них 98 являются результатом совместного труда! "Хамзанама", где рассказывается о приключениях дяди Пророка, имеет 1400 картин, выполненных Миром Саидом Али и Абдусом Самадом.

 

Влияние исламской цивилизации на индийские ремесла было огромным. Мусульмане не просто привезли в Индию сшитую одежду, но и приспособили её к местным материалам, погоде и стилю ношения. Прозрачный малл чикан, а также ангаркхи (короткая куртка) и поясом джамдани могольского двора находились в полной гармонии со спадающими складками дхоти и ангавастрой индийской традиции.

 

На иллюстрациях из архива: Памятник лидеру борьбы за независимость Индии Махатме Ганди в Москве, на котором он изображен в дхоти. Так Ганди обычно одевался во вторую половину своей жизни, когда начал проповедовать аскетизм. Ниже изображение куртки ангаркхи на сайте одного из индийских Интернет магазинов в разделе «этнической одежды». Дхоти и ангаркха представляют две грани индийской цивилизации - традиционную и принесенную завоевателями (в случае с ангаркхи - мусульманами).

(Дхоти - традиционная индийская мужская нешитая одежда в виде куска ткани, обёртываемого вокруг ног и бёдер с пропусканием одного конца ткани между ног. Эта одежда дхоти может быть и очень короткой у крестьян, занятых на полях и очень длинной, ниже колен, для появления в обществе. В зависимости от длины она может смотреться как шорты или как своеобразная длинная юбка. Ангавастра - это кусок ткани просто накидываемой мужчинами в Индии на плечи. Теперь современные индийцы часто носят ангавастру поверх майки или рубашки, а раньше носили вместо них. Ангавастра обычно носится с длинной нешитой юбкой лунги или дхоти. Прим. Portalostranah.ru).

В каркханах (мастерских) Акбара и Джахангира индийские ремесленники работали с персидскими и турецкими мастерами, создавая новые прекрасные артистические изделия, воплощавшие в себе самое лучшее из обеих культур. Это было не просто актом поклонения всевышнему. Здесь изготовлялись предметы для домашнего интерьера, ткались ткани, которые расшивались узором, бисером, штамповались. Мастера выполняли лепную работу, глазировали изразцы, делали зеркала, фрески, джали (жалюзи), шлифовали и резали мрамор и занимались инкрустацией.

Тысячи рабочих-инкрустаторов в Агре все еще изготовляют из мрамора и дерева столешницы и тарелки с инкрустацией в золоте, серебре или нефрите с могольскими узорами.

Индийская музыка с ранних времен произвела огромное впечатление на турецко-афганские королевские дворы. Когда последователи суфизма из Центральной Азии начали потоком устремляться в Индию примерно в XI веке и позднее, музыка играла главную роль на собраниях, проходивших в кханках (больницах) по крайней мере двух сект - чисти и сухраварди. Шейх Бахауддин Закария, святой секты сухраварди, находился под большим влиянием народных песен Пенджаба и Синда, которые поют и сейчас. Среди учеников хазрата Низамудцина Аулии, который сам был тонким знатоком музыки и поэзии, Амир Кхусро был настоящим музыкальным гением. Он ввел радикальные нововведения в музыкальные и поэтические сочинения - каул, каввали, калбану, накш-гулп нигар. Согласно персидским текстам он создал 12 новых мелодий, включая зилад, сарпарду и другие.

Такие мусульманские певцы, как Бакшу быстро восприняли новые музыкальные новшества, как, например, дхрупад, и им покровительствовали многие королевские дома. В период правления императора Акбара знаменитый музыкант Тансен приобрел огромную славу и достиг больших высот певческого мастерства со своими композициями новых par -"Мия Ки Малхар " и "Дипак". Под влиянием каввали и каула появился новый стиль музыки — кхаял. В конце периода средневековья мистические элементы были заменены романтическими в популярных кхаялах, некоторые из них популярны и сейчас.

Прямым результатом синтеза отечественной музыки с исламским влиянием стало появление таких новых музыкальных стилей, как тарана, тхумрии таппа. Мусульманские музыканты также создали гхараны, что в буквальном смысле означает "семьи". Каждая из них имеет свою музыкальную традицию, продолжая оставаться превосходным центром для обучения. Некоторые из самых популярных музыкальных инструментов, которые и сейчас находятся в моде, как, например, шехнай (духовой музыкальный инструмент), саранги (смычковый инструмент), сарод и ситар (струнные щипковые инструменты), табла (разновидность барабана), появились именно под исламским влиянием. Мусульманские и индуистские компоненты в музыке хиндустани, без сомнения, гармонично переплелись в богатую и сложную текстуру.

Среди святых-суфистов Кашмира в период средневековья находились такие поэтессы, как Лал Дед и Хабба Кхатун, чьи песни вдохновляли танцы хафизов и такие хоровые народные стили танца, как роуф. Катхак, признанный классический вид танца, тоже извлек выгоду из этого синтеза и приобрел новые измерения, став танцем двора могольских императоров. Говорят, что Джахангир даже сам создавал костюмы для исполнителей танца катхак!

Наутанки - замечательный вид народного театра, преобладающий в Уттар-Прадеше и Бихаре с XI-XII веков, - стал плодом смешения индуистской и мусульманской культур в своем языке, музыке, костюмах, тематике и характерах, отражающих составную социальную смесь. Язык двора, присущий наутанки, требовал витиеватых музыкальных сочинений на урду с примесью персидского и других диалектов. Бхавай Гуджерата, хотя и имеющий секулярное происхождение, тоже подпал под исламское влияние. Накалы Пенджаба и мираси Кашмира были в основном мусульманскими артистами-клоунами. Все еще существует Бханд Джашна (праздник претендентов), вид народного кашмирского театра, которому уже 500 лет и который процветал при мусульманских дворах. В кукольном театре тоже можно явно видеть исламское влияние.

Таким образом влияние ислама привело к созданию новой свободы в искусстве и в повседневном его использовании, введя абстрактные и декоративные концепты вместо фигуративной, повествовательной и символической орнаментации».

Этот обзор был подготовлен Portalostranah.ru по следующим основным материалам: статьи «Рай и ад Шах-Джехана: «Красный форт» Дели» из международного многоязычного электронного журнала «Курьер ЮНЕСКО» №6 за 2007 год (Текст приводится по русской версии, сайт http://portal.unesco.org), по ряду статей журнала «Индия Перспективы: «Падшахнама: Визуальное отображение могольского великолепия» (сент. 1997) «Шахджаханабад: Размышления на темы секулярные и синкретические» (январь 1998), «Гробница Хумаюна: символ любви» (апрель 1999); «Мирно покоится первый могольский император» (март 2000); «Влияние ислама на индийское искусство» (февр. 2002). («Индия Перспективы» - индийский правительственный журнал для заграницы, выходящий на 16 языках, статьи приводятся по русскому изданию. Преобразование статей из бумажной версии в электронную Portalostranah.ru); В примечаниях учитывались данные ряда англоязычных и русскоязычных Интернет-ресурсов.

Составление, примечания Portalostranah.ru

Опубликовано 06/12/2009

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить